Мы привыкли думать, что до революции крестьяне были сплошь неграмотными, а школы существовали только в городах. Но archival документы говорят об обратном: в русских деревнях учились читать и писать, и делали это с упорством, которое сегодня мало кто проявляет.
Самое ценное свидетельство оставил педагог и писатель Василий Андреевич Золотов (1804–1882). Он много занимался распространением грамотности среди крестьян, лично выезжал в деревни, собирал данные и оставил подробные записи. В 1863 году вышла его работа «Исследование крестьянской грамотности по деревням. Преимущественно Тверской губернии и частично Московской». Именно на эти записи мы и опираемся.
Важно: материал подготовлен на основе труда В.А. Золотова (1863) и других этнографических источников XIX века.
Кто учил крестьянских детей
В XIX веке государственных школ для крестьян было катастрофически мало. Золотов пишет:
«Государственные училища для крестьянских детей помещены в удобных домах и весьма достаточно снабжены всей классной мебелью и всеми учебными пособиями… Но таких приказных училищ всего лишь 8, на 68 тысяч душ обоего пола».
Восемь школ на 68 тысяч человек — это капля в море. Поэтому основную роль играли частные сельские школы, которые открывались самими крестьянами.
Учителями в таких школах становились:
-
грамотные крестьяне — мужчины и женщины, старые и молодые;
-
отставные церковнослужители;
-
отставные чиновники;
-
даже калеки, для которых обучение детей становилось способом прокормиться.
«Большая часть таких преподавателей сами очень мало-грамотны и могут учить только механическому чтению, письму и счислению на счетах», — замечает Золотов.
Это важная деталь: учителя не были интеллигентами, они выходили из той же среды, что и их ученики. Но именно они передавали грамоту дальше.
Чему учили: часослов, псалтырь и счёт на счетах
Обучение начиналось не с азбуки и не с современных учебников. Крестьяне требовали, чтобы детей учили церковной грамоте. Золотов пишет:
«Крестьяне настоятельно требуют, чтобы детей их прежде всего обучали церковной грамоте, а потом уже гражданской; потому что, по их понятиям, вся суть грамотности заключается в умении читать псалтырь».
Первая зима обучения — около семи месяцев — уходила на заучивание молитв. Ежедневно дети занимались с восьми утра до сумерек. Только немногие начинали в ту же зиму письмо и счисление на счетах.
Во вторую зиму учились писать, продолжали читать часослов и псалтырь, а если брали книгу гражданской печати, то обязательно духовного содержания.
«Поэтому церковную печать читают вообще лучше, чем гражданскую», — отмечает Золотов.
Учебная программа была узкой, но прочной. Дети запоминали тексты наизусть, учились читать «со смыслом» и пересказывать прочитанное. Золотов был поражён:
«Дети от 8-ми до 9-ти лет, поступившие в училища в начале этого года, уже читают, правильно сами под диктовку набирают слова большими буквами на доске, разделяют слова на слоги, слоги на буквы; дети, пробывшие уже две зимы в училище, большею частью читают со смыслом, могут пересказать прочитанное, многие рассказывают очень свободно, своею простою речью, пишут красиво».
Как проходил учебный день
Обучение велось в обычной крестьянской избе. Школы не имели своего здания: занятия проходили по очереди у разных родителей.
«Учение производится в обыкновенной крестьянской избе, одну неделю у одного из родителей учащихся детей, а другую — у другого, и так далее; в чьей избе учатся дети, там кормится и учитель».
Вся учебная мебель состояла из простого крестьянского стола и доски, положенной на две деревянные кадки. Никаких парт, стульев, классных досок — ничего. Но даже в таких условиях дети учились довольно успешно.
Занятия начинались в восемь утра и продолжались до сумерек. Зимой, когда световой день короток, это означало почти весь день. Дети сидели за столом, читали вслух, писали на доске, считали на счетах.
Сколько стоило обучение
Плата за обучение была символической, но для крестьянской семьи всё равно значимой. Золотов пишет:
«Платят крестьяне за обучение детей своих в зиму за каждого учащегося от 30 до 50 коп.»
30–50 копеек за зиму — это немного, но если учесть, что в семье могло быть несколько детей, сумма становилась ощутимой. Некоторые священники не брали плату деньгами, а довольствовались отсыпкой хлеба. Иные же не брали ничего.
«Впрочем, некоторые священники не получают платы от крестьян, а довольствуются только отсыпкою хлеба; иные же и этого не берут…»
Чего не хватало
Золотов отмечает и проблемы. В государственных училищах не было глобусов и карт России:
«Жаль только, что нигде я не нашёл глобуса, а висит только везде карта одной Тверской губернии; будь небольшой глобус, карта России, и учителя могли бы дать учащимся наглядное понятие и о земном шаре и о России».
В частных школах не хватало учебников, пособий, а главное — подготовленных учителей. Но даже при этих ограничениях обучение давало результат.
Почему грамота была нужна в деревне
Может показаться, что крестьянам грамота была ни к чему. Но это не так. Золотов пишет, что его книги находили во многих избах:
«А книжки свои я находил действительно во многих избах и, судя по их засаленности и избитости, можно заключить, что они усердно читаются».
Крестьяне встречали его словами:
«Давно, батюшка, мы вас ожидали; давно хотелось видеть, кто это такой Золотов, который книжки для нас пишет!»
Грамота нужна была для чтения духовной литературы, для ведения хозяйственных записей, для общения с властями. А главное — она давала чувство достоинства и связи с большим миром.
Что изменилось с тех пор
С XIX века система образования прошла огромный путь. Сегодня школы есть в каждом селе, дети учатся по современным программам, у них есть учебники, компьютеры и интернет. Но некоторые принципы, которые существовали в крестьянских школах, стоит помнить:
-
Обучение было делом общины. Школа содержалась всем миром, занятия проходили по очереди в домах.
-
Учитель был своим. Не приезжий специалист, а грамотный сосед или отставной служитель.
-
Родители активно участвовали. Они требовали, чтобы детей учили церковной грамоте, и следили за результатом.
-
Мотивация была высокой. Крестьяне понимали, что грамота — это шанс на лучшую жизнь.
Заключение
Крестьянские дети XIX века учились в тяжёлых условиях: в избах, без парт и учебников, часто у малограмотных учителей. Но они учились читать, писать и считать — и делали это с усердием, которое вызывает уважение.
История их обучения — это не только страница прошлого. Это напоминание о том, что тяга к знаниям сильнее любых обстоятельств. И о том, что образование всегда было ценностью на Руси, даже когда государство не могло его обеспечить.
А вы знали, что крестьяне платили за учёбу 30–50 копеек? Или что детей учили по псалтырю, а не по азбуке? Поделитесь в комментариях — это поможет сохранить память о тех, кто учился вопреки всему.
Источники
- Золотов В.А. Исследование крестьянской грамотности по деревням. Преимущественно Тверской губернии и частично Московской. — 1863.
- Золотов В.А. Воспоминания педагога и писателя (1804–1882).
- Этнографические материалы по Тверской и Московской губерниям (XIX век).
